.
МИХАИЛ ГРОБМАН

*   *   *
Синайский ветр играет
Овечьим позвонком
И бедуин шагает
С кофейным котелком

И маленькая птичка
Трясёт своим хвостом
Она снесла яичко
На камешке простом

Верблюд – корабль пустыни
Под деревом стоит
День пахнет керосином
Пыль в воздухе висит

И мухи как собаки
Кусают на лету
И Гробман цвета хаки
На боевом посту

                    1979

*    *    *
(с палестинского)

Над оккупированной территорией
Тишина и спокойствие

Спят феллахи и торговцы спят усталые ремесленники
Спят ослы верблюды мухи
Спят птицы деревья травы
Спят кошки
Спят собаки

И тогда из военных ворот
Тихо выходит вооружённый отряд
Проходит по ночным улицам
Глаза из-под касок горят синим огнем
На руках длинные острые когти –
Первый – держит бело-голубой флаг
У последнего – большая миска для сбора крови

Жертвы сионизма ещё спокойно дышат
В своих постелях
Ещё не знают что это их последняя ночь

                                                              1985 

* * *
(с палестинского)

Вот стучат сапоги сионистского врага –
Он идёт по нашей святой Палестине –
Рога во лбу

На хвосте ядовитый шип –
Беременным женщинам вспарывает животы
Молодым девушкам отрезает груди
Сжигает дома и арабских детей бросает в огонь –

Встань феллах – оставь свои огороды!
Торговец – оставь магазин!
Студент – оставь книги по арифметике!

Дружно наточим ножи
В ночной темноте

Коли его в спину в печень в сердце в глаза в шею в живот
Режь его на кусочки –
Бросай собакам –

Погрузи свои руки в его тёплую кровь –
Снова и снова
Поворачивай острый нож
В его внутренностях
Глубже глубже –
О Боже!
Наконец-то я познал тебя – любовь!

                                                                                 1985 

*  *  * 
На поле боя лежит солдат – 
темный кусок железа с рваными краями ударил его по животу - 
темный кусок железа весом 300 граммов не более 
расплескал живот как бадью с помоями – 
все что раньше ёкало болело иногда давало о себе знать 
теперь уже никогда не заговорит на смутном языке тела – 
немного пара от остывшей крови – вот и все – 
даже отлетевшая душа 
не оглядывается 
на место своего прежнего обитания 

                                                                                       1988 

НАШ ГОРОД

*   *   *
Гастроном Пингвин
Гастроном Родничок
Гастроном Огонёк
Гастроном Горизонт
Гастроном Светлячок
Гастроном Восход
Гастроном Золотой Ключик
Гастроном Тайга

*   *   *
Ресторан Сибирь
Ресторан Заря
Ресторан Стрела
Ресторан Восток
Ресторан на вокзале

Кафе Ёлочка
Кафе Спутник
Кафе Диетическое
Кафе Север
Кафе Юность
Кафе Геолог
Кафе Отдых
Кафе Чудесница
Кафе Берёзка
Кафе Мороженое

*   *   *
Банно-прачечный комбинат
Комбинат бытового обслуживания
Ателье головных уборов

Ателье мод №1
Ателье мод №2
Ателье мод №3
Ателье мод №4
Ателье мод №5
Ателье мод №6

Ателье Военторга

*   *   *
Аптека №1
Аптека №2
Аптека №4
Аптека №48
Аптека №90

Магазин Здоровье

*   *   *
Дом художественной самодеятельности
Клуб аккумуляторного завода
Клуб имени Ильича
Клуб водников
Клуб фанерокомбината
Клуб офицеров

Клуб имени Дзержинского

*   *   * 
Больница №1
Больница №3
Больница №4
Детская соматическая больница

Поликлиника М»1
Поликлиника №3
Филиал поликлиники №5

Родильный дом №1
Родильный дом №2
Родильный дом №3

                                      1985

*   *   *
Откроется дверь –
Войдёт их говённый Санта Клаус
И скажет –
- Гробман с этого дня ты распределяешь нобелевские премии

Я стяну с себя засаленный лапсердак
Надену рубашку галстук чёрную пару
Пойду сяду в кресло из чёрного дерева инкрустированное
                                                             шведской слоновой костью
И

начну быстро по алфавиту пока не прогнали.

О Хуннади Айги!
На щите русской поэзии ты сидишь в окружении Кручёныха
Ты вернул свою Золотую Орду
К стенам Москвы –
Получи 340 тысяч долларов!

Стась Красовицкий!
Сними на секунду свою поповскую ризу –
Ты наш любимый Гоголь шестидесятых
Стихотворец – расстрига
Смиренно протяни руку –
Я вкладываю в неё 340 тысяч долларов!

Сева Некрасов!
Легкокрылый велосипедист в будущее –
Слава твоя достигла ушей Иерусалима
Приди, окруженный учениками –
Эти 340 тысяч долларов – для тебя мой друг! 

Генрих Сапгир!
Оставь бутылку
Голой ногой оттолкни девушку найденную у Курского вокзала
Ты слышишь – поют трубы в твою честь
Ангелы бормочут твоё имя
Зефиры шепчут твои стихи –
Возьми 340 тысяч долларов!

Игорь Холин!
Лучший из лучших
Тень Евгения Кропивницкого осеняет тебя лавровым венком
Неутомимый пловец –
Волны забвения никогда не сомкнутся над твоей головой –
Положи эти 340 тысяч долларов в свой внутренний карман!

Я закрываю своё первое заседание
С сознанием исполненного долга развязываю галстук
Надеваю лапсердак
Тихо иду в районную синагогу по зимним улицам Тель-Авива
Субтропические цветы овевают меня нежными ароматами
Райская птица садится на моё плечо

                                                                                        1987

*   *   * 
Утром иду охотиться на людей – 
В руках у меня винтовка М-16 – карманы полны патронов – 

Город так свеж так чист после ночного дождя 

Вот на третьем этаже муниципального здания
чиновник открыл окно – смотрит на улицу 
Моя пуля так мягко входит в его тело – 
Оно повисает на подоконнике руками вниз 

Молодая женщина несёт ребёнка на груди – агу агу! 
Коляску толкает перед собой – 
Одной пули хватило для обоих 

Пожилая женщина идёт с кошёлкой – 
Капуста помидоры зелёный лук – 
Моя пуля заставляет её охнуть 
Но это её последнее – ох! – на земле 
Велосипедиста я снимаю не целясь на ходу – 
Как смешно он заваливается на обочину 
Хватает воздух ртом и застывает 

Две девочки рассматривают витрину – 
Я посылаю в них две параллельные пули – 
Слышу весёлый звон осыпающегося стекла

Безногий калека просит милостыню 
И он её получает от меня – 
Лучшую милостыню на свете –
Теперь он спокоен и навсегда удовлетворён

Мужчина выходит из конторы –
Чёрный чемоданчик на уровне колен –
Шутки ради я стреляю сперва по чемоданчику
А потом между двух глаз умерших ещё до того как пуля коснулась лба

На сегодня хватит –

Вешаю винтовку на плечо и тихо напевая
Медленно бреду домой

                                                                                                    1988

*   *   *
Когда-то в древней Иудее
Из синагоги выходя
О Торе спорили евреи
Балдея громко и галдя

А скиф таился за забором
Его послал коварный Рим
Чтобы за этим разговором
Раскрыть враждебный аноним

И вот плывет донос за море
Его читают цезаря
И в банно-прачечном просторе
Между собою говоря
И обливаясь жарким потом
Посланца кличут идиотом

Но скиф пока он вёз отчёты
Одолевая моря грусть
И прикрывая рта зевоты
Твердил все время наизусть
Еврейских мыслей обороты

Ему в мозги запали фразы
Хотя и был он сильно пьян
Но постепенно и не сразу
В него проникла та зараза
Ученье ранних христиан

И с той поры по всей России
Как оспа грипп и бруцелёз
Шагает в качестве мессии
С еврейской Торою Христос

И иудейским сеет ядом
Славян доверчивых поля
Чтоб этим бедственным обрядом
Страдала русская земля

Но день придет и разогнется
Перуна вольного спина
И христианам отольется
Ни в чем невинная слеза
И на обломках самовластья
Напишут наши имена

                                         1992

____________
<...........>
<
_________________________________________________________________________