Старик

     Когда я вошел в кафе, старик сидел в углу возле окна и разглядывал улицу. Кроме хозяйки кафе и старика, никого не было, и, чтобы не чувствовать себя совсем уже одиноким, я занял соседний от старика столик, достал из кармана пиджака газету. 
     - Завтра выборы нового мэра, - обратился я к старику, но тот не ответил. 
     - Завтра! - повторил я погромче. 
     - Завтра? - не отрывая взгляд от улицы, хрипло проговорил старик. - Ну, и что? 
     - Все-таки событие!.. Любопытно... Кто же станет новым 
мэром? 
     - Станет кто-то! - Старик сдвинул брови. - Лишь бы убирали с улиц мусор. 
     Я рассмеялся и очень сдержанно пояснил: 
     - Мусор в городе убирает не мэр. 
     - Жаль. 
     - Отчего же? 
     Старик повернул голову в мою сторону, чуть приоткрыл рот, 
но промолчал. 
     - Вам действительно все равно, кто будет мэром? - не 
выдержал я. 
     - Совершенно все равно! 
     - Простите, - не сдавался я, - но вывоз мусора - забота не самая важная. 
     Старик отвернулся, продолжая разглядывать в окно улицу. 
     У него были редкие волосы и синие глаза. 
     Вдруг он сказал: 
     - Если вывезут мусор, то забот в городе не будет. Только, чтобы вывезли! Весь... 
     Хозяйка кафе, словно заводная кукла, издали замахала руками, а потом, состроив рожицу и указав глазами на старика, постучала себе по лбу пальцем. 
     - Да-да, разумеется, - понимающе проговорил я в сторону хозяйки, - мне, пожалуйста, глазунью. Из трех яиц. 
     - Я мигом, - радостно взвизгнула хозяйка, и грудь ее, перед тем, как исчезла в комнатушке за стойкой, высоко-высоко вскинулась. 
     Сложив газету, я принялся разглядывать задумчивое лицо старика и бледные сцепленные пальцы его рук. 
     - Вы женаты? - неожиданно для себя спросил я. 
     - Нет, - ответил он. - Я - чокнутый! 
     - Вот как? 
     - Да-да, так мне кажется. 
     - Возможно, вы ошибаетесь? - мягко возразил я. - Вам лишь кажется... 
     - Но если мне что-то кажется, то это именно то и есть, что мне кажется. 
     Мне ничего другого не оставалось, как понимающе кивнуть, а старик вернулся к окну, чтобы следить за улицей. 
     И вдруг он запел. Совсем тихо. У него был тихий, чуть хриплый голос. 
     - Вы знаете французский? - спросил я, когда он 
окончил. 
     - Меня родили в Марселе. Море там такое, как в Тель-Авиве, и там много разных песен. 
     - Отличная мелодия, - заметил я. 
     -Да. 
     - Мне жаль, что не понял слова. Они, наверное, тоже отличные? 
     - Обыкновенные. 
     - Самые хорошие слова - обыкновенные. 
     Старик пожал плечами и о чем-то задумался, а потом, когда перед окном остановился белый «Мерседес» и из него вышли мужчина и женщина, лицо старика вздрогнуло. 
     - Эта машина, - спросил он, - обыкновенная? 
     - Нет, улыбнулся я, - это же «Мерседес»! 
     - Мне так тоже кажется. 
     - Это хорошая машина, - заверил я. 
     Старик потянулся за кепкой, которая лежала рядом на подоконнике. 
     - Здесь живет она, - сказал старик, указывая на мужчину и женщину, которые перешли дорогу и вошли в дом с большим балконом. 
     - Красивая женщина, - отметил я. 
     - Моя внучка живет здесь, и, когда они входят в дом, его машина остается на тротуаре возле кафе. 
     - Вам не нравится эта машина? - спросил я, подумав, что старик и впрямь сумасшедший. 
     - Это плохая машина. Спросите вот у нее, -старик кивнул на вернувшуюся хозяйку кафе. 
     Хозяйка поставила передо мной шипящую глазунью и блюдечко со свежим хлебом. 
     - Верно, - сказала хозяйка, и, поставив на столик старика стакан чая, подмигнула мне так, как это делают лишь в знаменитых портах мира, - все верно! 
     Старик встал и вышел на улицу. 
     - На него находит, да? - я взглянул на кепку, оставленную на подоконнике. 
     - Старик вернется, - сказала хозяйка, - он повозится с той машиной и вернется. 
     - Вот как? Ему нравится чинить машины? - догадался я. 
     Щеки хозяйки вначале вздрогнули, а потом посинели от смеха. 
     - Как вы сказали, чинить? О, господи!... Кажется, наоборот... 
    

Хозяйка громко смеялась и хлопала себя по щекам, и мне расхотелось есть глазунью. В окне я увидел старика. Он постоял немного возле белого «Мерседеса», потом, достав из кармана брюк какой-то мешочек, вдруг принялся махать им над машиной. 
     - Это же зерна! Он рассыпает над машиной зерна! - вырвалось у меня. - Бедняга, видимо, считает, что перед ним вспаханное поле... 
     - Зерна?! Сегодня, говорите, зерна? - хозяйка колотила по своим щекам не переставая. - Три дня назад он обклеил машину картинками. 
Хозяйка подбежала к окну, и мы смотрели, как старик старательно водит пальцами по зернам, пытаясь равномерно покрыть ими поверхность капота. 
     - Ваша глазунья совсем остынет, - заметила хозяйка, продолжая глядеть в окно. 
     - Что это за картинки он клеил? - поинтересовался я. 
     - На картинках были голые женщины и всякое такое. Мужчина, который вошел в тот дом, владелец кинотеатра, и старик, сорвав картинки с витрины, решил обклеить ими машину. 
     - Владелец кинотеатра, разумеется, заявил в полицию? 
     - Где уж там! - хохотала хозяйка. «Лучшей рекламы для моего кинотеатра не придумать!» - объяснил тот мужчина и весь день разъезжал по городу на обклеенной женскими попками машине. 
     - А он - хороший! - сказал я. 
     - Кто? 
     Я кивнул на занятого зернами старика. 
     - Ненормальный он! - хозяйка махнула рукой и отошла к стойке. - Дураки - они все хорошие. 
     - Он не дурак. 
     Хозяйка на минуту задумалась. 
     - И песни у него хорошие, - добавил я. 
     Старик, бормоча что-то себе под нос, вернулся в кафе. 
     - Славно погуляли? - спросил я. 
     - Очень! 
     - Полезно перед едой. 
     - Перед едой особенно, - он больше в окно не глядел. 
     Мне захотелось, чтобы он спел еще что-нибудь, но почему-то сказал: 
     - Ваш чай совсем остыл. 
     - Зато погулял с пользой, - старик весь оживился и даже подмигнул своим синим глазом. - Видели, как я зерна сыпал? 
     - Видел. 
     - Голуби будут довольны, - радостно сказал старик. - Их туда много слетится... 
     Я взглянул на хозяйку. Она, плотно сомкнув губы, протирала стаканы и смотрела на нас, словно мы сироты. 
     - Доброе дело сделали! - сказал я старику. 
     - А как же! Сейчас голуби слетятся и начнут лакомится. 
     - На крыше машины? 
     - И на крыше тоже. 
     - Голубям удобно так? 
     - А почему бы нет? А потом они немного подремлют. 
     - На машине? 
     - Конечно. 
     - Тот мужчина прогонит голубей и уедет. 
     - Не думаю, что он сможет уехать сразу, - в глазах старика пробежали синие бесики, - прежде придется хорошенько потрудиться, чтобы машину отмыть. 
     - Вот оно что! 
     - Я позаботился о сытной пище, и голуби уж постараются... 
     - Вам не нравится тот мужчина? 
     - Он не мужчина. 
     - А мне показалось, что.. 
     - Он не мужчина, - старик постучал ложечкой по холодному стакану, - он - свинья! 
     - Вы уверены? Старик кивнул: 
     - Свинья в галстуке. 
     Я вздрогнул,  потому что из горла хозяйки кафе вырвался звук, напоминающий упавший стакан. 
     - А может быть, он конь в галстуке? - разрывалась от хохота хозяйка. 
     - Кони галстуков не носят, - заметил старик. - 
Такого не бывает. 
     - Верно! - поддержал я старика. Такого не бывает! 
     Я поднялся со стула и расплатился с хозяйкою 
     - Так, завтра, говорите выбирают нового мера? - спросил 
старик. 
     - Да, а что? 
     Старик молча покачал головой, и я вышел на улицу. 
<...............................................>

______________________________________________________________________________________

п